» » » Современные средства денежного обращения

Современные средства денежного обращения





Пластиковая карточка - это персонифицированный платежный инструмент, предоставляющий пользующемуся карточкой лицу возможность безналичной оплаты товаров и/или услуг, а также получения наличных средств в отделениях (филиалах) банков и банковских автоматах (банкоматах). Принимающие карточку предприятия торговли/сервиса и отделения банков образуют сеть точек обслуживания карточки (или приемную сеть).
Таким образом мы выяснили, что пластиковые карты можно разделить на два типа: 1) магнитные карты и 2) карты памяти. Посмотрим, что из себя представляет каждый из этих типов.



Наибольшее распространение в мире получили телефонные карты памяти, владельцы которых могут сделать определенное число телефонных звонков. Карточка применяется в контактном режиме (микросхема физически соприкасается с контактами считывающего устройства). При каждом новом контакте число "разрешенных" звонков в памяти карточки уменьшается на единицу. После того как лимит оплаченных звонков будет исчерпан, карточка перестает функционировать. Самой мощной из известных сегодня разновидностей "пластиковых денег" является интеллектуальная карта (смарт-карта). Такие карты содержат встроенный микропроцессор, могут иметь оперативную (для использования в процессе обработки) и постоянную (для хранения неизменяемых данных) память, а также встроенную систему обеспечения безопасности и защиты данных. Различают контактные и бесконтактные (работающие на расстоянии от считывающего устройства) смарт-карты. Смарт-карты используются в самых разных финансовых приложениях, обеспечивая сохранность, целостность и конфиденциальность информации. В частности, при совершении дебетовых или кредитных операций с помощью смарт-карт ее владелец может проверить, существует ли данный банк (торговый терминал) в действительности. Технологии интеллектуальных карт достаточно разнообразны, и возможности применения этих карт во многом зависят от избранной технологии и программно-аппаратных решений. Одно из наиболее распространенных приложений смарт-карт - их использование как электронных кошельков. Электронные кошельки позволяют хранить в своей памяти определенную сумму, тратить которую можно уже безо всякой авторизации. Необходимость в последней возникает только тогда, когда виртуальные деньги кончились, и карточку нужно "зарядить" новыми через терминалы типа банкоматов.
Наиболее продвинутыми на данный момент являются электронные кошельки производства компании Мondex. Эти системы даже позволяют дать (или взять) деньги взаймы, если соответствующая операция производится между двумя клиентами Mondexа. От традиционной карточки карточку Mondex отличает наличие специального футляра, напоминающего по внешнему виду микрокалькулятор-книжечку. Ее "разворот" устроен таким образом, что с одной стороны находится гнездо для собственно карты, а с другой - миниатюрная клавиатура и дисплей. Вводишь пароль - и такие действия, как проверка остатка денег, перевод "наличности" из одной валюты в другую и т.п. - становятся доступными.
Кроме технологии Mondex, аналогичные платежные системы разрабатывают такие известные корпорации, как Visa и MasterCard. Повсеместное их внедрение позволит практически полностью отказаться от "натуральных" денег. С помощью новых карт можно расплачиваться с таксистами и даже давать чаевые в гостинице. Достаточно легко, уже сейчас, нарисовать себе следующую картину. Вы заходите пообедать и для оплаты достаете свой электронный бумажник с беспроводной связью. Из появившихся на табло кассы возможных для оплаты сумм 50 долларов и 5 ч. руб выбираете 5 ч.руб (частных рублей). Набираете на клавиатуре электронного бумажника известный только вам код, и указанная сумма поступает для оплаты на счет ресторана. Денежная единица "частный рубль" обозначает частную валюту, конкурирующую с долларами. Приблизительно так может выглядеть процедура работы с виртуальными деньгами в недалеком будущем.
Вроде бы ничего фантастического. Электронные бумажники уже появились, беспроводная связь и подавно есть. Дело за малым --- частной валютой, а без нее, как утверждает теория цифровых денег, невозможно обеспечить полномасштабную электронную коммерцию. Вопрос о необходимости и сути частной валюты и/или цифровых денег будет рассмотрен позже, а сейчас будут рассмотрены некоторые характеристики цифровых (виртуальных) денег и то, чем они обеспечиваются.
Безопасность. Протоколы защиты информации должны обеспечить полную конфиденциальность передачи транзакций, современные алгоритмы цифровой информации, подписи и шифровки вполне пригодны для решения задачи.
Анонимность. Это одна из отличительных характеристик цифровых денег. Предполагается полное отсутствие авторизации транзакций, чтобы исключить всякую возможность проследить платежи частного лица, а значит --- вторгнуться в его частную жизнь.
Портативность. Дает возможность пользователю цифровых денег не быть привязанным к своему домашнему персональному компьютеру. Обычным решением является использование электронного бумажника.
Неограниченный срок службы. В отличие от бумажных денег, цифровые не подвержены физическому разрушению.
Двунаправленность. Цифровые деньги можно не только отдавать другому лицу, но и получать. В платежных карточных системах вы обычно отдаете (платите) свои деньги одним способом, а получаете их совершенно другим, исключающим возможность прямой передачи средств между двумя частными лицами.
Есть и несколько других, менее важных характеристик. На них мы не будем останавливаться. Важно другое. Цифровые деньги реализуют концепцию наличных денег, которые все (особенно это характерно для России) привыкли использовать. Вы носите с собой электронный бумажник, набитый сертифицированными электронными банкнотами, но их никто не может у вас взять без спроса. Приобретая обыкновенную пластиковую карточку, вы тем самым переводите свои средства в разряд так называемых безналичных денег все операции, по которым авторизуют владельца средств. Если же вы используете цифровые деньги, операции проводятся обезличенно, как будто вы платите или передаете обыкновенную банкноту.





Обезличенностью денег, неотслеживаемостью платежей и введением частных валют осуществляется так называемая "денежная свобода" (monetary freedom). Некоторые авторы провозглашают начало новой эры человечества в связи с повсеместным введением в оборот цифровых денег. Свободная конкуренция без границ (имеются ввиду межгосударственные границы), несвязанная с государственной политикой коммерция, свободные от инфляции и девальвации деньги --- все это, по мнению авторов, даст толчок колоссальному росту промышленности и обогащению потребителя. С точки зрения финансистов и политиков, в цифровых деньгах кроется потенциальный источник новых потрясений цивилизации, так как одним из главных технических аспектов цифровых денег является анонимность.
Одним из наиболее серьезных аргументов в пользу "пластиковых денег" является сокращение оборота наличных средств (рублей и валюты). По самым оптимистичным оценкам, ежедневно в России в обороте находятся десятки тысяч тонн бумажных рублей. Все неприятности, связанные с крупными суммами наличных (изготовление, хранение, транспортировка, счет, проверка на подлинность и т. д.), известны и не нуждаются в комментариях. Так что самое время обратить внимание на то как проходит развитие "пластиковых денег" в России.



Вообще внедрение технологий на основе смарт-карт в нашей стране достаточно актуально, поскольку развернуть сеть терминалов много проще, чем полную инфрастуктуру для традиционных кредитных карт. К тому же терминалы в отличие от банкоматов не представляют никакого интереса для грабителей - ведь собственно денег в них нет. Значит, уровень "вандалозащищенности" может быть ниже, соответственно и стоимость - меньше.
Россияне, как показывает практика, предпочитают не рублевые, а валютные электронные кошельки. Аргументов в пользу такого решения достаточно: удобство пересечения границы без предъявления разрешения на вывоз валюты на каждый доллар свыше пятисот, страховка от грабежа в дороге, возможность получения денег по карточке в валюте страны пребывания и др.
Подводя итог, хотелось бы отметить все более возрастающий (несмотря ни на что) интерес российских банкиров к платежным системам на основе пластиковых карт. Он продиктован жесткой необходимостью выжить в условиях резко усилившейся в последнее время конкуренции между банками. И есть все основания полагать, что платежные системы самообслуживания на базе пластиковых карт в России будут в ближайшее время интенсивно развиваться.



Ряд банков (включая именитый британский Barklays Bank) пытаются внедрить сетевой вариант системы чекового обращения.
Сильная сторона таких решений состоит в том, что в большинстве стран уже существует детализированное законодательство, регламентирующее обращение чеков и пластиковых карточек. Значительны также маркетинговые преимущества использования таких звучных имен, как MasterCard, Visa или Discover. Однако эти решения имеют общий с суррогатными коренной недостаток.
Чтобы понять суть этого недостатка, нужно обратиться к понятиям наличного и безналичного денежного обращения. Во всех современных национальных денежных системах обязательными к приему являются деньги как в форме наличных (банкнот и монет), так и в форме безналичных (записи на счетах в банке) средств. Обе эти формы в равной мере реализуют базовые (по Милтону Фридмэну) функции денег: функцию посредника в обмене, позволяющего отделить акт купли от акта продажи во времени и пространстве, и функцию накопления покупательной способности. Однако в обращении наличных и безналичных денег имеется одно принципиальное различие. Сделка с использованием денег в наличной форме предполагает лишь соприсутствие контрагентов. Более того, наличные деньги являются оборотным финансовым документом, т.е. способны передавать абсолютно обоснованный правовой титул любому правомерному держателю. На этом основывается свойство наличных денег, которое можно обозначить как деперсонализацию сторон в сделке: для совершения сделки нет необходимости аутентификации личности контрагента.
При использовании денег в безналичной форме в любой сделке участвует, кроме продавца и покупателя, еще одна сторона -- финансовый институт (как минимум, один). Система безналичного обращения средств отделяет расчетный аспект сделки (договоренность о способах и сроках погашения задолженности) от платежного (окончательной передачи обязательного к приему средства погашения долга); позволяет оперировать временными лагами (периодом от инициации до совершения платежа), вводит различие дебетовых (инициируемых получателем) и кредитовых (инициируемых плательщиком) трансфертов; допускает взаимозачет (клиринг) задолженностей -- словом, дает в руки банкиру и финансисту те первичные "кирпичики", из которых строится сложное и причудливое здание современной финансово-банковской системы. В то же время, сделка с использованием безналичной формы денег (будь то векселя, чеки или пластиковые карточки) подразумевает возможность взаимной идентификации сторон, если не в момент сделки, то впоследствии. В некоторых случаях покупателю, очевидно, может быть выгодно поступиться правом на анонимность в обмен на определенные гарантии и льготы (например, использовав потребительский кредит). Однако во многих случаях невозможность аутентификации личности важна для сохранения конфиденциальной коммерческой или лично значимой информации. Вот как описывал ситуацию Дэвид Чом (David Chaum), известный ученый-криптолог и бизнесмен, в 1992 г.:
"Каждый раз, когда вы звоните по телефону, покупаете товары с помощью кредитной карточки, подписываетесь на журнал или платите налоги, информация об этом попадает в какую-либо базу данных. Более того, все эти записи могут быть соединены таким образом, что составят единое досье о вашей жизни -- не только о вашем здоровье или финансах, но также и о том, что вы покупаете, где путешествуете и с кем общаетесь. Вам практически невозможно узнать суммарный объем информации о вас, хранящейся в различных организациях, а тем более -- убедиться, что она точна и доступна вам" ...
"Организации собирают записи из разных источников для защиты своих интересов ... Однако та же самая информация, попав в чужие руки, отнюдь не обеспечивает ни защиты предприятий, ни лучшего обслуживания потребителей. Воры используют номера украденных кредитных карточек для того, чтобы нажиться на добром имени своих жертв. Убийцы выходят на цель, справляясь в государственных адресных бюро.
Налоговая служба США делала попытки выбирать налогоплательщиков для проверки, базируясь на предполагаемом семейном доходе, подсчитанном компаниями, рассылающими торговые каталоги."
"Растущие объемы информации, которую различные организации собирают о частном лице, могут быть объединены, так как все они используют регистрационный номер в системе социального обеспечения для идентификации конкретного индивидуума. Такой основанный на идентификации личности подход заставляет поступаться личными свободами во имя безопасности."...
[D.Chaum "Achieving Electronic Privacy" Scientific American, Aug 92]



Компания же DigiCash под руководством Д.Чома представила технологию сетевых электронных денег ecash в чисто программном варианте. Рассмотрим это решение.
В ядре технологии лежит все тот же прием криптозащиты с открытыми ключами. Эмитент электронной наличности (банк) имеет, кроме обычной пары ключей, аутентифицирующей его, еще и последовательность пар ключей, в соответствие которым ставятся номиналы "цифровых монет". Снятие наличных со счета производится следующим образом. В ходе сеанса связи клиент и банк (точнее, их программы-представители) аутентифицируют друг друга. Затем клиент генерирует уникальную последовательность символов, преобразует ее путем "умножения" на случайный множитель (blinding factor), "закрывает" результат открытым ключом банка и отправляет "монету" в банк. Банк "раскрывает" "монету",
используя свой секретный ключ, "заверяет" ее электронной подписью, соответствующей номиналу "монеты", "закрывает" ее открытым ключом клиента и возвращает ее ему, одновременно списывая соответствующую сумму со счета клиента. Клиент, получив "монету", "открывает" ее с помощью своего секретного ключа, затем "делит" ее символьное представление на запомненный множитель (при этом подпись банка остается) и сохраняет результат в "кошельке". Транзакция завершена. Теперь банк готов принять эту монету, от кого бы она не поступила (разумеется, лишь один раз).
Использование blinding factor и составляет суть приема "слепой подписи", предложенного Чомом в дополнение к обычному методу криптозащиты с открытыми ключами. Благодаря использованию "слепой подписи" банк не в состоянии накапливать информацию о плательщиках, в то же время сохраняя возможность следить за однократным использованием каждой "монеты" данным клиентом и идентифицировать получателя каждого платежа. Чом называет такую логику взаимодействия сторон "односторонней безусловной непрослеживаемостью" платежей. Покупатель не может быть идентифицирован даже при сговоре продавца с банком. В то же время, покупатель при желании может идентифицировать себя сам, и доказать факт осуществления сделки, апеллируя к банку. Такая логика призвана воспрепятствовать криминальному использованию электронной наличности.
Для вложения наличности клиент просто связывается с банком и отправляет ему полученную "монету", закрыв ее открытым ключом банка. Банк проверяет, не была ли она уже использована, заносит номер в регистр входящих и зачисляет соответствующую сумму на счет клиента.
Сделка между двумя клиентами предполагает лишь передачу "монеты" от покупателя к продавцу, который может либо сразу попытаться внести ее в банк, либо принять ее на свой страх и риск без проверки. Вместе с "монетой" передается некоторая дополнительная информация, которая сама по себе не может помочь идентификации плательщика, но в случае попытки дважды использовать одну и ту же монету позволяет раскрыть его личность.
Фирма DigiCash предложила это решение в 1994 г., анонсировав глобальный эксперимент по внедрению электронной наличности в Сети. Добровольцам было предложено получить клиентскую часть программного обеспечения и по 100 "кибербаков" (cyberbucks, cb$) -- "игрушечных денег" (petty cash), эмитированных компанией. За год эксперимента в нем приняло участие 6000 человек, было открыто более полусотни "кибершопов", торгующих за кибербаки. Очевидно, что, помимо такого своеобразного бета-тестирования своего продукта, компания получила богатейший эмпирический материал о функционировании "экономики", обеспечиваемой электронной наличностью. Нет сомнения, что Д.Чом и DigiCash сумеют воспользоваться этими данными. Компания не устает подчеркивать, что cb$ - всего лишь "игрушечные деньги", и что никаких усилий по обеспечению их конвертируемости в "настоящую" валюту она предпринимать не будет (что, конечно же, не помешало организации меняльных лавок, устанавливающих курс cb$/US$ и проводящих обмен). Фирма DigiCash не намерена получать статус финансового института или открывать собственный банк, вместо этого фирма взяла курс на лицензирование своей технологии и продажу лицензий коммерческим банкам. К настоящему времени объявлено о нескольких состоявшихся сделках. Более того, небольшой, но агрессивный американский Mark Twain Bank (MTB) начал такие операции 23 октября 1995 г. Возможно, эта дата войдет в историю.
Банк MTB предлагает потенциальным клиентам -- частным лицам, компаниям и трастам под любой юрисдикцией -- стандартный пакет документов, состоящий из Договора об открытии мультивалютного счета и Договора об обслуживании электронной наличности. Открытие и обслуживание мультивалютного счета предполагает техническую ставку (11--100 долл. за открытие и 2--5 долл. ежемесячно, в зависимости от выбранной клиентом шкалы), обслуживание электронной наличности осуществляются бесплатно. Любой клиент может как совершать, так и принимать платежи в электронной наличности, но открытие "торгового" счета (ставки которого примерно в три раза выше) позволяет ему рассчитывать на дополнительную техническую поддержку.
За два первых месяца открыто всего около десятка кибершопов, торгующих за "реальные" деньги в электронно-наличной форме, об общем числе клиентов не сообщается. На фоне сотен торговцев, принимающих платежи в форме цифровых жетонов, и даже десятков тех, кто принял всерьез эксперимент с cb$, это выглядит более чем скромно. Тем не менее, о том, была ли сделка удачной для MTB, судить еще рано.





Видимо, так же думают и крупнейшие банки, такие как Citicorp или Bank of America, которые заявляют о наличии у них разработок в области электронной наличности, но пока не спешат перехватить инициативу у тандема DigiCash-MTB. Возможно, они ожидают решающей проверки легитимности нового платежного средства в суде.
Правовые вопросы, связанные с электронной наличностью, должны сейчас заботить разработчиков и потенциальных эмитентов не меньше, чем технологические ибо вокруг правовой основы существования цифровых денег становится достаточно жарко.
Перспективы. Конечно же возникает вопрос каковы же перспективы этой самой цифровой наличности. Надо сказать, что пока они крайне туманны. Хотя цифровая наличность и является самым многообещающим платежным средством для Интернет, сегодняшние ее возможности разумнее скорее рассматривать как экспериментальную площадку, чем как обыденное рабочее средство. Но в планах ее эмитентов:
- интероперабельность цифровой наличности от разных эмитентов и разведение функций эмиссии/клиринга и банковского обслуживания по разным институтам (это позволит оперировать цифровой наличностью, не открывая счета);
- предоставление доступа к цифровой наличности в различных деноминациях, включая национальные валюты, индексные "корзины" валют (blends), драгоценные металлы и частные деньги;
- non-stop доступ ко всем операциям с цифровой наличностью и со связанными с ней счетами;
- открытие счетов без письменного обращения в банк;
- интероперабельность софтверной наличности со смарт-картами;
- обеспечение (за счет использования мобильных компьютеров или смарт- карт) ее приема в точках физической торговли и кое-что еще.
Некоторые аналитики полагают, что успех ecash -- временное явление, и окончательная разработка стандартов безналичных розничных электронных платежей (таких, как SET) и выпуск ориентированных на них продуктов, работающих как в физических, так и в виртуальных средах, низведет место цифровой наличности до достаточно узкой ниши. Все, однако, зависит от того, станет ли приватность и анонимность фактором, влияющим на массовые рынки. Если это произойдет, ecash долго еще будет оставаться вне конкуренции. Такое развитие событий кажется весьма вероятным: достаточно вспомнить, что, например, право на использование стойких криптографических средств из специальной темы, волнующей десяток-другой "параноиков" превратилось в требование массовых пользователей Интернет всего за несколько лет.
Когда цифровая наличность превратится из маргинального в обыденное средство платежей? Ряд наблюдателей и исследователей называет некие произвольные "магические цифры" (1%, 5%, 10% от общего объема транзакций), которых должен для этого достичь оборот "электронной коммерции". Другие указывают (и это более основательно) на ожидающиеся качественные изменения в моделях ее обслуживания и использования, прежде всего на возможность доступа к ней без открытия банковского счета и совместимость со смарт-картами. Есть также мнение, что критической станет точка, в которой -- за счет интеграции цифровой наличности и трейдинговых систем -- станет возможным использование электронных денег не по косвенному (потребительские траты), а по прямому назначению, то есть для спекуляций и инвестиций. Очень важно, чтобы к этому моменту обеспокоенность разработчиков и пользователей вопросами приватности достигла по крайней мере той же степени, в которой сегодня ею озабочены разработчики и пользователи нефинансовых коммуникационных средств для Интернет.



Разумеется, такое положение вещей устраивало и устраивает далеко не всех. Правительственные службы многих стран желали бы удержать за собой эксклюзивное право на разработку или, по крайней мере, на санкционирование использования таких технологий. Это желание выражается по-разному. Ситуация в США является, быть может, наиболее значимой, ведь Америка -- ведущий поставщик программного обеспечения в мире. Так вот, позиция сменявших друг друга на протяжении 1970-90х гг. администраций трансформировалась от попыток "зажать рот" независимым специалистам до внедрения действующих и по сей день ограничений на стойкость экспортируемого криптографического оборудования и программного обеспечения. При этом, периодически из недр американских спецслужб (прежде всего, Агентства национальной безопасности -- сигнальной разведки и контрразведки США) появляются все новые законопроекты, в прямой или косвенной форме запрещающие использование стойкой криптографии. (Косвенный запрет может быть наложен путем принуждения производителей оборудования и программного обеспечения к встраиванию в криптографические модули функции так называемого "депонирования закрытых ключей" (key escrowing) в одной из многочисленных модификаций. В мае 1997 года был обнародован отчет ведущих гражданских криптографов мира (включая "отца" гражданской криптографии Уитфилда Диффи, одного из разработчиков самой распространенной криптографической технологии RSA Рона Ривеста и др.), в котором показано, что попытка внедрения "депонирования" в любой из возможных модификаций приведет к тому, что криптосистема будет ненадежна и/или будет стоить неприемлемо дорого.)
До сих пор такие попытки не находили поддержки законодателей. С некоторого времени существующим ограничениям уделяет особое внимание и судебная власть США, в частности, не так давно Окружной суд принял решение, что в ряде случаев запрет на экспорт программ может быть расценен как нарушение права на свободу слова, а к Первой поправке в Америке относятся очень серьезно. Однако, предложение о внедрении "депонирования" как на национальном, так и на международном уровне все еще присутствует в ряде правительственных инициатив, включая проект Рамочных условий для глобальной электронной коммерции (A Framework For Global Electronic Commerce, FFGEC).
Европейские страны относятся к таким идеям весьма настороженно В представленной в этом году Европейская инициатива в области электронной коммерции (A European Initiative In Electronic Commerce, EIEC) вопрос с регулированием криптографии трактуется весьма либерально. А на недавно прошедшей в Бонне конференции министров европейских стран "Глобальные информационные сети: раскрытие потенциала" был принят документ (получивший известность как Боннская декларация), в котором прямо говорится, что Министры "будут работать над тем, чтобы обеспечить международную доступность и свободный выбор криптографических продуктов, внося тем самым вклад в безопасность [передачи] данных и конфиденциальность. Если государства предпринимают меры для защиты действительной потребности в законном доступе [к содержимому шифрованных коммуникаций], такие меры должны быть пропорциональны и применятся с учетом применимых правовых гарантий, относящихся к приватности".
В сопутствующей же Боннской декларации Декларации лидеров промышленности позиция заявлена гораздо более недвусмысленно: "(1) Для обеспечения надежности и доверия в электронной коммерции и коммуникации Правительства должны допустить широкую доступность стойкой криптографии. (2) Частные лица и фирмы должны быть свободны в выборе технологий шифрования, отвечающих их специфическим требованиям безопасности и приватности коммуникаций. (3) Правительства не должны принимать новых правил, ограничивающих распространение, продажу, экспорт или использование стойкого шифрования, а все существующие правила такого рода должны быть упразднены. В любых обстоятельствах частные лица и корпорации должны иметь возможность локальной генерации, управления и хранения ключей шифрования". Возможно, взгляды подписавших Декларацию лидеров промышленности уже были бы приняты официальной Европой в полном объеме, однако этому препятствует Франция со своей особой позицией. Франция и Россия остаются единственными странами Севера, чья исполнительная власть продолжает настаивать на своей монополии на криптографические технологии. Попытки провести соответствующие законы в других европейских государствах оказались неудачными.
Во Франции "компетентные органы" отказывают в лицензировании использования зарубежных криптографических средств (за исключением используемых в международных платежных системах). Неофициально власти давали понять, что преследовать частных лиц-пользователей стойкой криптографии они не будут.
Право на анонимность. Современные демократические нормы предполагают определенные гарантии права на свободу анонимного слова (фактически, на право включать или не включать в публикуемую информацию сведения о ее авторе) по крайней мере по отношению к высказываниям политического характера. С переходом к сообщениям неполитического, и особенно коммерческого, характера, ситуация становится менее определенной. И -- совсем противоречивой, если речь заходит о столь специфических "сообщениях", как передача расчетной информации и, тем более, собственно платежах.





Определенную гарантию тайны, например, частного банковского вклада декларируют законодательства практически всех государств. Однако, в реальности большее значение имеют не декларативные гарантии, а различные "оговорки", определяющие те исключительные обстоятельства, в которых такая информация может быть раскрыта. Соответствующие нормы весьма различаются, и если, например, в Финляндии для получения информации о частных финансовых операциях достаточно запроса из полиции, то в Швейцарии или Австрии потребуется уже решение суда. Различна и ответственность лиц и организаций, раскрывающих такую информацию с нарушением закона и правил, и регулярность наложения этой ответственности. Фактически, уровень реально обеспечиваемой банковской тайны в большинстве государств неуклонно снижался в послевоенные годы. Критической ситуация стала в конце семидесятых - начале восьмидесятых, когда в рамках международных кампаний по борьбе с преступностью (в частности, с нелегальным оборотом наркотиков), был заключен ряд межгосударственных соглашений, которые позволяют контролирующим органам получать информацию о межгосударственных банковских операциях. В 1997 году "Война с отмыванием доходов" перешла в новую фазу: согласно принятым международным соглашениям (поддержанным большинством стран) сумма межгосударственных переводов, о которых финансовые учреждения обязаны сообщать контролирующим органам, снижена с US$10000 до $750.
Возможно, наиболее противоречивым событием стало раскрытие в этом году швейцарскими банками информации о вкладах лиц, предположительно погибших в результате гитлеровского геноцида и предоставление доступа к этим вкладам наследников даже в тех случаях, когда владелец вклада не оставлял соответствующего распоряжения. С одной стороны, это решение швейцарских властей направлено на смягчение несправедливости, возможно, допущенной по отношению к наследникам. С другой стороны, существуют опасения, что такая акция может стать началом эрозии законодательства о банковской тайне этой страны, традиционно служащей "убежищем" для средств лиц, так или иначе преследуемых своими властями (но также -- предположительно -- и преступников, укрывающих незаконно полученные средства).
В связи с этим стоит напомнить, что образцово-показательный Закон о тайне вкладов был принят Швейцарией в 1934 г. именно для защиты интересов преследуемых фашистскими режимами лиц, чьи наследники оказались в итоге обиженными. Этот закон предусматривает строгую уголовную ответственность банкиров и клерков за разглашение финансовой информации, которую клиент предпочел не открывать без соответствующего решения швейцарского суда. Швейцарский же суд в крайне редких случаях допускает раскрытие такой информации об иностранных гражданах, что, в свою очередь может быть истолковано либо как чрезмерные усилия, направленные на сохранение средств банков, либо о крайней сомнительности доказательств, предоставляемых правоохранительными органами других стран в подтверждение криминального происхождения средств. (Стоит также заметить, что законодательство и банковские правила Швейцарии, вопреки распространенному мнению, не допускают (в отличие от ряда стран Центральной и Восточной Европы и Латинской Америки) открытия полностью анонимных счетов.)
Почему возможность совершения анонимных или односторонне анонимных платежей важна для частных лиц и организаций. Приведу лишь пару маленьких примеров. Покупая в ларьке Роспечати газету, мы обычно ни от кого не прячемся, и не склонны считать анонимность этой сделки чем-то важным. Однако, мы, очевидно будем возражать, если кто-то сможет собрать воедино всю информацию о газетах, журналах и книгах, которые мы приобретаем. Точно так же, фирма не склонна держать в тайне рядовую закупку, или, по крайней мере, считать такую тайну чем-то важным. Если же некто (а им может оказаться конкурент) окажется в состоянии свести в единый файл всю информацию о (совершенно рядовых) закупках данной фирмы, ее менеджеры будут относиться к тайне, очевидно, по другому. Именно такие возможности "профилирования" финансового и коммерческого (а значит, косвенно, и прочих) аспектов жизни частного лица или деятельности компании возникают, если анонимные платежные средства будут исключены из денежных инструментов.
(2) "Рамочное" право. Главный тренд сегодня - это законы, закрепляющие существенную либерализацию телекоммуникационного рынка. С появлением цифровой обработки сигналов (представление, хранение, передача и обработка любых сигналов в цифровой форме) возникла концепция "конвергенции" - необходимого технологического объединения телефонных, телевизионных, почтовых, компьютерных, пейджинговых, радио- и других информационных сервисов. Появление нового регулирования, в полной мере отвечающего всемирному переходу на цифровую обработку сигналов, крайне важно, ибо старая нормативная база, разделяющая телефонный, телевизионный, компьютерный и другие виды информационного бизнеса, препятствует внедрению новых технологий передачи данных (например, доставки телевизионного изображения по обычному телефонному проводу или доступа в Internet по телевизионному кабелю).





В США новое законодательство принято уже в 1996 году, в Европе должно быть принято в полной мере к 1998 году. В России же полным ходом идет становление законодательства в этой области, которое, похоже, будет воспроизводить старинную законодательную конструкцию, возникшую в доцифровую эру.
Законы о защите персональных данных и их экспорте-импорте принимались в виде международных конвенций еще с 1985 года. Тогда они в целом базировались на концепции прав человека и были крайне расплывчаты. Существенным же шагом вперед стало принятие Европейским союзом в июле 1995 года вполне конкретной Директивы по защите персональных данных и свободном обмене ими. Эта директива кроме обязательств по защите персональных данных физических лиц для фирм, работающих с этими данными, вводит ограничения на экспорт персональных данных из Европы в страны, в которых не приняты законы об адекватной защите таких данных. В то же время директива гарантирует странам, поддерживающим режим защиты персональных данных, свободный обмен ими. Если в России не будут приняты законы о защите персональных данных и их экспорте-импорте, то:
- граждане России будут иметь меньше прав, чем граждане Европы и США;
- свободный обмен информацией с иностранными государствами будет
существенно затруднен.
Традиционные законы о копирайте (законы об интеллектуальной собственности) трещат сейчас по всем швам ввиду появления таких "странных" объектов их применения, как базы данных, программное обеспечение, пользовательские интерфейсы и т. п. В США сейчас эта область в основном закрывается большим количеством прецедентов. С другой стороны, Европа и WIPO (World Intellectual Property Organisation) разрабатывают свои версии законов на этот счет. Особую пикантность являют случаи, где копирайт "не работает", - это правительственная и другая публичная информация. Например, в США по закону любая федеральная информация не имеет копирайта - для того чтобы облегчить их распространение. В России подобные проблемы пока не обсуждаются, но уже есть закон, регулирующий работу с электронными базами данных. Этот закон просто ужасен.
Раскрытие информации - это общая проблема для ведомств, сегодня и не подозревающих об общности их проблем. Некоторые виды информации должны раскрываться для широкой публики. В их числе находится как государственная информация (базы данных, реестры, законодательство и т. п.), так и частная (информация о финансовых рынках). В США и Европе изданы нормативные акты, предписывающие государственным органам полное раскрытие всей публичной (несекретной) информации о своей деятельности в Internet. На финансовых рынках создаются полностью электронные системы раскрытия информации. Для них особенно важно регулировать появление посредников, добавляющих стоимость. В России известны только две подобные инициативы - раскрытие информации ФКЦБ России и раскрытие законодательной информации. Заметим, что обычная публикация информации никакого отношения к раскрытию не имеет: система раскрытия информации определяется как условия, порядок и процедуры взаимодействия регулирующих органов, раскрывателей информации и других организаций, имеющих целью обеспечение возможности нахождения конкретной раскрываемой информации, а также публичного и свободного доступа к ней в регламентированное время.
Криптозащита традиционно рассматривалась как потенциально опасная вещь. Сейчас законодательство, ограничительно регулирующее использование шифрования и кодирования, начало серьезно мешать развитию внутренней и международной торговли (прежде всего это касается электронных систем "поставщик-клиент", работающих в Internet). Под давлением новых технологий, а также требований публики картина начала меняться в конце 1996 года, когда в США появился прецедент, толкующий ограничение на публикацию алгоритмов криптозащиты как ограничение свободы слова. В России эти правовые проблемы не решены (есть нормативная база, ориентированная на ФАПСИ), поэтому рынок средств защиты информации практически пуст, импортировать дешевые (иногда даже бесплатные) и надежные средства защиты информации пока невозможно. Теоретические работы в этой области права не ведутся. Поэтому в настоящее время в России полноценная легальная электронная торговля и полноценные легальные электронные финансовые рынки, пожалуй, невозможны юридически, хотя вполне возможны технологически.
Современные технологии предлагают новые способы анонимной организации денежных расчетов (разные виды "электронных кошельков" в отличие от электронного перечисления безналичных денег - технология существенно отличается от технологий кредитных и дебетных карточек). Сегодня западные законодатели активно дискутируют о том, хорошо это или плохо. Проекты анонимных электронных денежных расчетов существуют только 2-3 года, поэтому никакой законодательной практики на этот счет нет. В России же эти проекты практически неизвестны.





С появлением киберпространства серьезнейшей проблемой стало определение юрисдикции: традиционные юридические нормы для определения той страны, чье законодательство необходимо использовать, практически перестали работать. С другой стороны, появляются новые юридические концепции (например, "договорная юрисдикция провайдеров") и подходы (например, опубликована Декларация независимости киберпространства).
С проблемой юрисдикции тесно связана и другая проблема: совершенно непонятно, как осуществлять правоприменение. Компьютерные сети спроектированы так, чтобы выживать даже в случае атомной войны, и уж во всяком случае правоприменение в любой стране можно легко обойти, используя доступ к сети из других стран. Более того, часто невозможно "вычислить" преступника: киберпространство предполагает другие способы как нападения, так и защиты, нередко основанные на сверхсовременных технологиях. Концепция сочетания организационной и технологической самообороны и страхования в случае прорыва этой самообороны гораздо более приемлема для современных информационных технологий, чем система с централизованной "информационной" полицией.
Законодательные подходы к этим проблемам в мире только-только начинают обсуждаться - в основном в форме обучения законодателей реалиям нового мира и обсуждения возникающих судебных прецедентов. В России пока не пришли даже к пониманию этих проблем.
Свобода слова и выражения в новом обществе должна определяться по-новому, ибо появление компьютерных сетей требует пересмотра традиционных норм, бывших эффективными для печатных и традиционных электронных медиа. Концепция "вещания", что предусматривает наличие географического центра такого вещания, полностью непригодна в компьютерных сетях, где не только нет географических границ, но и любой может быть как "читателем/зрителем", так и "издателем/станцией". Сегодня идет очень активная дискуссия на эту тему. В США в 1996 году было принято (а затем отменено) новое законодательство, предусматривающее минимальную цензуру. С появлением новых технологий стало сложно регулировать вопросы, связанные с контролем над порнографией, над распространением клеветы, разжиганием национальной розни и пр.
Один из современных способов, предлагаемых для борьбы с распространением порнографии, - это усиление родительского контроля (использование специальных программ, которые запрещают пользователю обращаться к определенной информации без указания пароля. Пароль же назначают родители). Считается, что такой переход к технологической самообороне эффективнее, чем централизованный запрет на предоставление доступа к порнографии. В России, похоже, принципиальную разницу между предоставлением доступа и распространением информации даже не будут различать.
Нормы по электронным документам. Существует модельный закон ООН по электронным документам. Он предназначен для закрепления функционально эквивалентного подхода к электронным документам (то есть такого подхода, когда выявляются функции бумажного документа и к каждой функции подбирается эквивалентный по функциональности механизм из области информационных технологий). Эти модельные нормы далее должны уточняться национальными законодательствами. Последний вариант модельного закона ООН вышел в 1996 году. Следующим в этой серии будет модельный закон об особенностях использования электронного документооборота в морской торговле. В России сейчас создается рабочая группа в Думе, которая должна заняться проектом закона об электронном документе.
Системы электронного голосования. В США введением общенациональной системы электронного голосования "из дома" занимается Федеральная комиссия по связи. Возникает множество вопросов не только по законодательному обеспечению и легитимности результатов такого голосования, но и по законодательному обеспечению последствий принятия таких технологий. Если издержки проведения национальных референдумов или сбора пары-тройки миллионов подписей будут близки к нулю, то это означает существенное изменение политической организации общества - репрезентативная демократия будет гораздо ближе к прямой демократии. В таком мире люди еще не жили, и его законодательное обеспечение еще не отработано. Если рассмотреть любые типы проведения голосования, то можно выделить так называемые права голоса - новый тип (нефинансовых) инструментов, представляющих собой односторонние обязательства эмитента по реализации результатов подсчета голосов, - относится ли это к национальным и местным референдумам, выборам в госорганы всех уровней, выборам в политических партиях или голосованию на общих собраниях акционерного общества. При принятии парадигмы прав голоса как инструментов можно использовать единую для этих инструментов учетную структуру, в том числе - технологию и инфраструктуру регистраторов и депозитариев рынка ценных бумаг. Регулирование, основанное на этой схеме, позволит путем введения конкурентного предоставления услуг в этой области существенно снизить общественные издержки на проведение голосования, особенно голосования большого масштаба.





Многие "молодые" законы тесно связаны между собой и требуют введения и регулирования новых типов институтов. Например, электронная подпись, криптозащита, электронные документы, взятые совместно, требуют введения института хранителей ключей (электронных нотариатов) и соответствующего законодательного определения разделения рисков между сторонами. Введение электронных документов для тех записей, которые должны существовать в единственном экземпляре, приводит к необходимости регулирования учетных институтов (реестродержателей и депозитариев). Это регулирование важно разработать для институтов, учитывающих записи данных, удостоверяющие какие-либо права (в том числе права собственности). Можно, конечно, в конкретные договора по действиям, обслуживаемым такими институтами, вставлять необходимые фрагменты регулирования, но тогда не закрываются случаи, затрагивающие третьих лиц, не упомянутых в таких договорах. Поэтому необходимо создание соответствующих норм статутного права.




Пара (n, e) называется "открытым ключом", а пара (n, d) -- "закрытым ключом". Открытый ключ передается всем остальным участникам криптосистемы, а закрытый сохраняется в тайне. Стойкость RSA есть функция сложности разложения произведения pq на простые множители p и q (эту задачу придется решать тому, кто вознамерится "вычислить" закрытый ключ из открытого). При достаточной длине этих простых чисел (несколько тысяч двоичных разрядов) такое разложение вычислительно невозможно (т.е. требует ресурсов, недоступных в этом мире).
Для обеспечения конфиденциальности, участник А "шифрует" сообщение m участнику Б с помощью открытого ключа Б: c := me mod n, а участник Б "расшифровывает его" с помощью своего закрытого ключа: m := cd mod n. Для наложения "цифровой подписи" участник А "шифрует" сообщение m участнику Б с помощью своего закрытого ключа s := md mod n, и отправляет "подпись" s вместе с сообщением m. Участник Б может верифицировать подпись участника А с помощью открытого ключа А, проверив равенство.



Несмотря на чрезвычайное разнообразие схем расчетов за товары и услуги через сеть WWW, их можно свести в три большие группы:
- кредитные схемы;
- дебетовые схемы;
- схемы с использованием "электронных денег".
Рассмотрим каждую из этих групп.
Кредитные схемы. В основе кредитных схем лежит использование кредитных карточек. При разовых покупках на "электронном рынке" карточка действует так же, как при обычной покупке в магазине: клиент покупает товар или услугу и передает продавцу для оплаты номер своей кредитной карточки. При многократной оплате одному и тому же продавцу часто используется принцип подписки: клиент один раз сообщает реквизиты кредитной карточки и при дальнейших покупках указывает лишь свое имя, а продавец просто списывает средства с его карточки. Подписку практикуют такие компании как America Online, CompuServe, NewsPage и ESPNET.
Предпринимаются попытки распространить кредитную схему и на сектор мелких платежей. Чтобы снизить расходы на проведение клиринга и процессинга, такие компании, как IBM и Clickshare, разрабатывают механизмы сбора мелких транзакций с тем, чтобы выполнять обработку лишь после того, как их сумма достигнет определенной величины.
К несомненным достоинствам кредитных схем следует отнести их привычность для клиентов и правовую определенность. Проблема безопасности может быть решена в ближайшем будущем - с введением протокола SET, разработанного компаниями MasterCard, VISA, Microsoft и IBM. В соответствии с этим протоколом номер карточки, передаваемый по сети, шифруется с использованием электронной подписи клиента. Дешифровку смогут осуществлять только уполномоченные банки и процессинговые компании. Протокол SET должен обеспечить защиту клиентов от недобросовестных продавцов и защиту продавцов от мошенничества при помощи поддельных или краденых карточек.
Дебетовые схемы. Дебетовые карточки могут использоваться при оплате товаров и услуг через WWW в режиме он-лайн так же, как при получении наличных в банкомате: для совершения платежа клиент должен ввести номер карточки и PIN-код. Однако на практике этот вариант используется редко. Гораздо шире распространены электронные чеки. Электронный чек, как и его бумажный аналог, содержит код банка, в который чек должен быть предъявлен для оплаты, и номер счета клиента. Клиринг по электронным чекам осуществляют различные компании, например CyberCash.
К категории дебетовых схем можно отнести и расчеты с помощью электронных кошельков, для которых предусмотрен клиринг транзакций, в том числе с помощью виртуальных электронных кошельков (сумма хранится в этом случае на жестком диске компьютера; примером системы виртуальных кошельков может служить система Cybercoins, разработанная компанией CyberCash).
Главное достоинство дебетовых схем состоит в том, что они избавляют клиента от необходимости платить проценты за кредит. В странах, где исторически сложилось преобладание дебетовых карточек, расчеты на "электронном рынке" по дебетовым схемам вписываются в привычную модель поведения клиентов, что, как уже отмечено выше, очень важно. Однако проблема безопасности платежей для дебетовых схем пока не находит решения, и дело здесь не в том, что протокол SET гораздо эффективнее систем обеспечения безопасности платежей, предлагаемых применительно к дебетовым схемам, а в том, что за этими схемами не стоит таких громких имен, как VISA или Microsoft. Отсутствие поддержки солидных фирм на уровне безопасности - вот одна из причин непопулярности дебетовых схем расчетов. Тем не менее в секторе мелких платежей, где проблема безопасности стоит не столь остро, дебетовые схемы (к которым также применим механизм сбора транзакций) могут успешно конкурировать с кредитными.
Схемы с использованием "электронных денег". "Электронные деньги" не следует путать с электронными кошельками, упомянутыми выше. Все расчеты по электронным кошелькам проводит банк или другая клиринговая организация. В системах "электронных денег" запись на карточке или жестком диске компьютера приравнена к соответствующей сумме в той или иной валюте, и эта сумма может конвертироваться или передаваться напрямую по каналам связи между продавцом и покупателем. Клиринг операций с "электронными деньгами" не проводится. Системы "электронных денег" разрабатывают и внедряют такие организации, как Mondex, DigiCash, Citibank и NetCash.
Красота идеи "электронных денег" -- вот, пожалуй, единственное их достоинство на сегодняшний день. Пока эти деньги выпускаются не очень известными эмитентами и распространяются по не совсем определенным каналам, перспективы у них нет. Во-первых, у клиентов отсутствует оборудование, требуемое для работы с ними. Во-вторых, даже если ясно, где это оборудование взять, не понятно, кто будет за него платить. В-третьих, если речь идет о полностью виртуальных "электронных деньгах" (хранящихся на жестком диске компьютера), не ясно, что произойдет в случае повреждения жесткого диска. И, наконец, в-четвертых, весьма туманна правовая база функционирования "электронных денег".





Тем не менее, вероятно, существует путь, по которому внедрение "электронных денег" на "электронном рынке" может пойти успешно. Тяжесть всех перечисленных выше проблем значительно снизится, если к распространению "электронных денег" подключатся авторитетные финансовые институты и если они сделают упор не на частных, а на корпоративных клиентов. Если рассматривать "электронные деньги" не как замену наличных, а как инструмент быстрого и удобного перевода средств и внедрять их по схеме "бизнес для бизнеса", то для них уже в ближайшее время может найтись немалая ниша в быстроразвивающемся мире "электронной торговли".
Существует также такая проблема как защита от появления ложных фирм (и ложных покупателей). Методы работы таких фирм традиционны. В рамках Интернета очень легко организовать фиктивные фирмы, которые будут собирать заказы, получать деньги в банке и после этого ликвидироваться. И в результате будут страдать либо покупатели, либо банки (в зависимости от условий выдачи карточек и местных законов). В конечном итоге решение это проблемы сводится к организации системы центров подтверждения подлинности (authentication) как продавцов, так и покупателей. Технически эти системы основаны на наличии системы связанных серверов ключей, которые по запросу могут выдать открытые ключи любого продавца, и покупатель может проверить подлинность продавца. Организационно эти системы не должны быть зависимы ни от продавцов, ни от банков.
Создание таких систем подтверждения подлинности является достаточно сложной организационной задачей, к решению которой сейчас приступают некоторые международные организации. Наиболее значимым проектом такого рода является eTRUST, продвигаемый в настоящее время такими некоммерческими ассоциациями в рамках Интернета, как CommerceNet и Electronic Frontier Foundation. Этот проект нацелен на обеспечение доверия и конфиденциальности в электронных сделках.
Основные принципы eTRUST включают:
- потребитель имеет право знать о степени приватности и безопасности
сделки до ее совершения;
- приватность сделки невозможна без соответствующей безопасности;
- нет единого стандарта приватности для всех типов сделок.
В этом проекте принимают участие не только организации, связанные с Интернетом, но и аудиторские фирмы, что обеспечивает ему надежное легитимное сопровождение.
У правительств в свою очередь также возникают некоторые сомнения относительно безопасности использования электронных платежей, однако эти сомнения несколько другово плана.
Специальная межправительственная комиссия по финансовым операциям (Financial Action Task Force, FATF) из представителей 26 стран изучает возможность использования систем электронных денег для отмывания незаконных доходов. Она хочет убедиться, что создаваемые системы электронных денег позволят банкам выявлять подозрительные сделки и сообщать о них.
В опубликованном недавно докладе юридической группы по вопросам информационных технологий при Лондонском университете содержится предостережение, что развитие систем электронных денег чревато опаснейшими последствиями. В частности, в этом докладе говорится, что способы регистрации операций в действующих системах электронных денег существенно облегчают отмывание денег и уклонение от уплаты налогов.
"Некоторые системы позволяют переводить крупные суммы денег, не оставляя следов ни на бумаге, ни в центральном компьютере", -- говорит Роналд Ноубл (Ronald Noble) из комиссии FATF.
В докладе юридической группы "Юридические аспекты электронных денег" (Digital Cash -- the legal implications) проводится различие между системами перечисления задолженности, в работе которых участвует доверенная третья сторона, и системами "истинных" электронных денег, в которых операции с электронными деньгами осуществляются точно так же, как с реальной наличностью. В системах перечисления задолженности, например действующих в американских банках First Virtual Holdings и First Bank of the Internet, транзакции регистрирует оператор третьей стороны, хотя строгость этой регистрации должна быть тщательно проверена соответствующими компетентными органами.
Надзорные органы больше обеспокоены такими системами "истинных" электронных денег, как британская Mondex и голландская Digicash, где электронные деньги оборачиваются в виртуальной среде, не оставляя следов, по которым можно было бы осуществить контроль.
Представитель компании Mondex Дэвид Мортон (David Morton) заявил, что его организация сотрудничает со всеми ведущими надзорными агентствами мира. "Ключевым моментом при отмывании денег является возвращение денег в банковскую систему, -- сказал он. -- Во всяком случае, систему, работающую с карточками, контролировать легче, чем наличные, ибо рано или поздно деньги приходится переводить в наличность, а при этом система делает запись". Мортон доказывает, что, благодаря иерархичности структуры карточек в системе Mondex и ограничениям на объем наличности в ней на всех уровнях -- от карточки -- "электронного сейфа" на самом верху пирамиды до "персональной" карточки вместимостью 500 ф. ст. в самом низу, -- незаметно накопить большую сумму электронных денег будет очень трудно.





Справедливость этого утверждения еще предстоит проверить на практике. "Все применяемые ныне меры против отмывания денег основаны на использовании регистрации переводимых сумм и реквизитов отправителей и получателей банками и другими финансовыми учреждениями. При использовании электронных денег такие записи практически не ведутся", -- утверждается в докладе юридической группы по информационным технологиям. В этом докладе предлагается организовать систему агентств для контроля частных телефонных сообщений с целью выявления операций с электронными деньгами. Если бы даже такой контроль был возможен, то получаемые данные, включая номера телефонов отправителя и получателя, необходимо было бы переправлять в полицейские компьютеры. "Здесь затрагиваются права человека на неприкосновенность частной жизни и защиту данных, так что эти вопросы еще необходимо рассмотреть с правовой точки зрения", -- говорится в докладе.
И в заключении обсуждения вопросов безопасности хочется привести некоторые принципы при помощи, которых можно уберечься от обмана при работе с пластиковыми карточками в WWW.
Некоторые принципы безопасной работы с карточками в WWW. Заказ и оплата товара по карточке с помощью Сети похожи на другие подобные виды заказов - по почте или по телефону. Для оформления операции фирма-продавец получает номер карточки и прочие необходимые данные. Возможностей для мошенников здесь хоть отбавляй - перехватить электронное сообщение, видимо, гораздо проще, чем подслушать телефонный разговор. Заказывая что-либо через Сеть, владелец карты не может быть на сто процентов уверен в том, что фирма-продавец или поставщик услуг, представленная в Интернете со всем подобающим антуражем, не фирма-однодневка, которая может в определенный момент раствориться в воздухе вместе с деньгами клиентов и своим мифическим товаром. Поэтому дальше приводятся несколько соображений о том, как избежать неприятностей с вашей картой при расчетах в Интернете:
1. Перед тем, как покупать продукт, оцените надежность фирмы-продавца: давно ли работает на рынке, хорошо ли известна, есть ли у нее обычный, не электронный, почтовый адрес. Всегда имеет смысл воспользоваться рекомендацией знакомого, уже имеющего опыт виртуального общения с этой конкретной фирмой.
2. Если у вас есть карточка, которой вы обычно пользуетесь в магазинах и банкоматах, то для расчетов через Сеть полезно завести специальную дополнительную карточку.
3. Не держите денег на такой карте, а перед совершением покупки переведите на нее сумму чуть больше той, что требуется для оплаты заказа (учтите, что часто продавец не включает в цену стоимость почтовых расходов, это оговаривается отдельно и плюсуется к сумме операции уже перед самой оплатой). Если операция по каким-либо причинам не была совершена, вновь обнулите карт-счет.
4. Если вы попали в неприятную ситуацию - обнаружили в выписке по карт-счету операции, которых явно не совершали, не стесняйтесь обратиться в банк, выдавший вам карту, с соответствующим заявлением. Вам должны вернуть ваши деньги - ведь ничего, что подтвердило бы проведение операции с вашей стороны, продавец предъявить не сможет. Заметим, что сумма операции должна быть достаточной для проведения возврата денег - суммы менее 25 долларов часто просто не рассматриваются в подобных ситуациях. Но это ограничение касается отношений фирмы-продавца и банка, но не ваших отношений с банком!
Можно перефразировать афоризм о скупом так: с карточкой можешь заплатить дважды - один раз за себя и другой раз "за того парня", если мошенникам станет известен номер карты, и карт-счет окажется не пустым.



Вероятнее всего наше отставание в области банковских технологий, обусловленное отсутствием соответствующей истории, в данном случае перекрывается определенными особенностями структуры бизнеса. Во-первых, в бизнес у нас пришло большое количество людей с техническим образованием, которые не пугаются компьютера и способны понять преимущества новых технологий. Причем большая часть таких людей работает в сфере мелкого и среднего бизнеса, для которого характерно желание сократить затраты человеческого труда и времени. Во-вторых, наблюдается определенная неравномерность распределения банковских услуг и капиталов по регионам. Интернет может помочь региональным банкам, имеющим достаточные ресурсы, выйти на центра





Похожие работы

    Template not found: /templates/referat/relatednews.tplTemplate not found: /templates/referat/relatednews.tplTemplate not found: /templates/referat/relatednews.tplTemplate not found: /templates/referat/relatednews.tplTemplate not found: /templates/referat/relatednews.tpl
Внимание! Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.